Интересно, что стихи и стихия – однокоренные слова.
Писал стихи. Было детское увлечение.
А потом вдруг детская забава превратилась в постоянное занятие. Мне было 18 лет, учился в институте.
Стихи писал каждый день. Иногда по ночам. А тут еще эта свобода после школы. Учился в институте. Я мог проспать, мог не прийти на пару.
А по средам у нас были лабораторные. С ними получался вообще облом!
Если опоздал на лабораторную, то уже нет смысла идти, потому что там выполнялись определенные задания.
Если у тебя не сделано первое задание, то ты не можешь делать другое.
Нещадно прогуливал.
Во мне был конфликт между творчеством и дисциплиной.
Уже наступал декабрь, и январская сессия на носу.
И тут меня вызывает зам.декана Мельчаков: ты будешь учиться или нет?
Чувствую, что надо заткнуть горло своей поэзии, заняться делом. Я говорю: буду.
Пока не сдашь все пропущенные лабораторные, тебя к сессии не допустим!
Я такой мобилизовался.
Ведь когда надо было мобилизоваться в школе, я это сделал. Когда узнал про девятибалльную систему, мне захотелось поступать в институт именно как девятибальник.
И я это сделал. Раньше были четверки, пятерки. В 10-м классе подтянул все предметы.
Получил свою 9-бальную систему.
Короче, у меня есть опыт, когда я мобилизуюсь для достижения цели.
А тут — новая цель. Надо срочно все хвосты подтянуть в институте, чтобы меня допустили до сессии.
А Мельчаков мне говорит: ты можешь сдавать пропущенные лабораторные, но будешь сдавать одну лабораторную в неделю.
Я смотрю на календарь, на количество лабораторных, которые надо сдавать…
И понимаю, что закончу всё только тогда, когда сессия уже закончится.
То есть я в любом случае в пролете! Меня выгонят за несданную сессию.
Тогда я понимаю: я не могу допустить, чтобы меня выгнали. Если уж это неизбежно, то я сам уйду.
Вскипело. Не буду сдавать ваши
лабораторные, чтобы потом все равно
попасть на отчисление!
И тогда пришло твердое решение, что я напишу об уходе из института по собственному желанию.
Стихи и стихия. И правда, однокоренные слова.
P.S. О том, как я готовил документы в Литературный институт — это отдельная история.
Рассказать?